Бараны довели Россельхозбанк до суда

1200
Время чтения - 2 минуты
Ущерб, который «Россельхозбанк» хотел взыскать с конкурсного управляющего Леонида Иванова, составлял 3 млн. 333 тыс. рублей. Такая сумма – стоимость двух тысяч голов овец, которые являлись залоговым обеспечением кредита должнику. Овцы пропали в процессе процедуры конкурсного производства. Торги уже состоялись, покупатель нашелся, однако передать животных так и не удалось в связи с тем, что они бесследно исчезли.

Инцидент произошел в Бурятии с сельскохозяйственным производственным кооперативом (СПК) имени Доржи Банзарова. Последний был признан банкротом еще в 2013 году, однако процедура конкурсного производства много раз продлевалась и, до сих пор, не завершена. СПК должен «Россельхозбанку» более 18 миллионов, из которых 3,3 обеспечены залогом в виде поголовья овец.

Для ухода за животными в 2013-ом был заключен договор с ООО «Племзавод им. Доржи Банзарова», который должен был обеспечить все необходимые условия для сохранения поголовья. Однако после проведения торгов, покупатель не обнаружил овец в установленном месте и начал разбираться. Как оказалось, Племзавод прекратил свое существование в ноябре 2018-го, а торги проводились еще в шестнадцатом году. Разбирательства длились очень долго, но выяснить где находятся овцы так и не удалось.

Согласно актам осмотра, подписанным, в том числе, и представителем банка, поголовье существовало в 2016-ом, а вот в марте 2018-го уже не было найдено. На Племзавод подали в суд, и в отношении него началось исполнительное производство, однако в конце прошлого года дело закрыли.

Однако «Россельхозбанк» не намерен был оставлять все как есть и, с целью вернуть свои деньги, подал в суд на управляющего. Банк посчитал, что тот утратил контроль за сохранностью имущества банкрота, вовремя не передал овец покупателю, и не обеспечил поголовье кормами (что было необходимо по договору), а значит, виновен в исчезновении животных и должен покрыть убытки на сумму 3 млн. 333 тыс. рублей.

Суд с банком не согласился. По его мнению, не установлена связь между действиями управляющего и исчезновением животных. А значит, о взыскании денежных средств с конкурсного управляющего не может идти речи.