Год банкрота: настигнет ли Россию долговой кризис в 2020 году?

От банкротства к антикризисному управлению – эксперты о развитии института несостоятельности в будущем году

10 минут
Год банкрота: настигнет ли Россию долговой кризис в 2020 году?

В середине декабря прошло заседание рабочей группы Комитета Государственной Думы по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям. Темой дня стали проблемы арбитражных управляющих и института банкротства в России.

С какими трудностями сталкиваются арбитражные управляющие, какие нормы законодательства давно пора менять и насколько мы далеко от долгового кризиса – портал ДОЛГ.РФ узнал у экспертов.

Основные проблемы арбитражных управляющих

Эксперты выделили несколько основных проблем института банкротства, которые требуют принятия кардинальных мер. В частности, большинство спикеров сошлись во мнении, что необходимо ускорять процедуры банкротства и возврата активов в нормальный экономический оборот.

  • Среднестатистическая процедура конкурсного производства длится 732 дня, в прошлом году – 671 день. Это говорит о том, что производственные активы нормально не работают. Они работают каким-то образом в самой процедуре банкротства, но предприятия, используя их, не платят до конца все налоги, потому что нет нормального собственника. Само имущество ухудшается, потому что за ним не следят и не вкладывают в его развитие, реновацию, ремонт, а любой другой экономический субъект не может нормально его приобрести.

  • 96 % торгов заканчиваются публичным предложением, причём далеко не на первом его шаге. Это говорит о том, что первые и вторые торги не работают. Их давно пора отменить, но до сих пор законопроект об изменении процедуры торгов не внесён и не принят, хотя разработан.

  • Слишком много обособленных споров с обжалованием, чем злоупотребляют кредиторы. При этом никто не привлекает последних за недобросовестность. С них невозможно взыскать убытки в отличие от арбитражных управляющих. Таким образом, в системе отсутствует баланс интересов.

  • Программа подготовки арбитражных управляющих устарела. В основном в программе рассматривается ликвидационная процедура, то есть как продавать, как оценивать, как инвентаризировать. Но никто не учит арбитражных управляющих механизму возврата активов в экономику.

  • Затягивание процедур банкротства – это следствие затягивания процедур прохождения законопроектов. Эксперты отметили, что до сих пор не прошли второе чтение ряд законопроектов, которые были приняты ещё в 2017 году. Это связано с тем, что после принятия в первом чтении, потом появляются интересы третьих сторон, которые блокируют прохождение законопроекта ко второму чтению. Создаётся такое впечатление, что законопроекты к первому чтению готовят идеалисты, а суровые, жёсткие прагматики затем блокируют дальнейшее их продвижение.

  • Если сравнивать показатели бюджета и долгов в РФ, то сумма задолженности равна почти четверти бюджета. Сумма просроченной задолженности по корпоративным долгам составляет 2,6 трлн рублей. Схожие цифры наблюдаются по банковскому сектору. В свою очередь, доходная часть федерального бюджета России равняется 19,9 трлн рублей. В следующем году по корпоративным долгам размер просроченной дебиторской задолженности пробьет отметку в 3 трлн рублей. Это связано с отсутствием современных и эффективных инструментов взыскания задолженности. Закон о негосударственных судебных исполнителях, о котором много говорили осенью этого года в ближайшее время принят не будет, а ФССП с взысканием задолженности пока не справляется.


Основная задача – обеспечить функционирования предприятия, а не реализовать активы

Член Комитета по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям Михаил Бугера акцентировал внимание на том, что к 2020 году в сфере банкротства в РФ накопилось очень много проблем. Одна из них – это реализация модели, направленной на то, чтобы узкий круг «подсуетившихся» раньше всех кредиторов реализовал активы часто еще действующего предприятия, тем самым убивая такое предприятие.

«Наша задача в 2020 году сделать так, чтобы процедура банкротства была прежде всего направлена на продолжение функционирования предприятия. Чтобы кредиторы получили удовлетворение своих требований не за счет активов, проданных на аукционе, а за счет того, что предприятие работает и постепенно расплачивается со своими долгами», – комментирует ситуацию эксперт и предлагает решение проблемы.

По его мнению, прежде всего важно решить вопрос о добросовестности лиц, участвующих в процедурах банкротства. Речь идет и о собственниках предприятий, которые очень часто доводят предприятие до банкротства, и о менеджерах, которые также могут негативно повлиять на финансовое состояние компании, и об арбитражных управляющих, которые выступают представителями всех заинтересованных лиц и очень часто реализуют какие-то собственные интересы.

«Задача сейчас в сфере совершенствования законодательства о банкротстве – выстроить его таким образом, чтобы отсечь от процедуры банкротства недобросовестных участников, тех, которые пытаются уничтожить часто действующие потенциально полезные предприятия в каких-то своих узких интересах, вырвав из них самый вкусный кусок, реализовав его, и тем самым убив предприятие», – заключил Михаил Бугера.

На смену СРО придет профсоюз

«В 2020 году будет развиваться коллективно-договорное регулирование в деятельности арбитражных управляющих, значительно снизится роль СРО в принятии решений, закрепится роль Общероссийского профсоюза арбитражных управляющих, как единственной организации, представляющей арбитражных управляющих на федеральном уровне», – высказал свою точку зрения Михаил Василега, председатель общероссийского профсоюза арбитражных управляющих.

Он также считает, что в следующем году усилится роль Российского антикризисного союза как представителя СРО на федеральном уровне и коллективной ответственности, чтобы усложнить работу СРО и сократить их количество. Кроме того, появится понимание, каким будет новый Закон о банкротстве взамен устаревшего 127-ФЗ.

Россия на пороге долгового кризиса

Член рабочей группы по совершенствованию федерального закона «О банкротстве (несостоятельности)» при комитете Государственной Думы РФ по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям Ивaн Рыков спрогнозировал сложные времена для экономики России и отечественных компаний в 2020 году. Причем основные причины происходящего лежат не снаружи, а внутри.

«Количество банкротств растет и весьма вероятно, что мы будем наблюдать этот процесс и в следующем году. Все чаще должники оказываются вообще без имущества, и банкротство заканчивается ликвидацией бизнеса без погашения долгов. Например, по результатам процедур конкурсного производства кредиторы не смогли вернуть свои средства в 63 % дел, завершившихся в январе-сентябре 2019 года. То есть мы можем констатировать, что процедура банкротства, так как ее задумывали законодатели, не работает», – подчеркнул эксперт.

По его мнению, нынешнее законодательство не способствует защите от злоупотреблений в сфере банкротства: недобросовестные должники наращивают искусственную задолженность и пытаются через конкурсного управляющего управлять банкротством. В результате процедура, направленная на оздоровление бизнеса, попавшего в сложную финансовую ситуацию, превращается в процедуру обмана кредиторов.

Эксперт уверен, что кардинальных изменений в этом плане в 2020 году ждать не стоит. Более того, ситуация продолжит ухудшаться, так как в текущем году Госдумой не было принято никаких законодательных инициатив, направленных на ее исправление. Но даже это только полбеды.

«В России отсутствует практика цивилизованного взыскания, как система. Все это приводит к тому, что в РФ не получают должного развития перспективные инструменты урегулирования дебиторской задолженности, что влечет за собой ухудшение ситуации с проблемными активами. Собственно, поэтому кредиторы и вынуждены подавать на банкротство, так как других способов вернуть просроченную дебиторскую задолженность они не видят», – отмечает аналитик.

Впрочем, не все так плохо. В частности, Ивaн Рыков уверен, что создание межведомственной комиссии при Правительстве РФ по совершенствованию банкротного законодательства с подачи Руководителя рабочей группы, депутата Государственной Думы Михаила Бугеры может кардинально изменить ситуацию.

«Сейчас в стране, наверное, сложилась исключительная ситуация за всю историю института банкротства в современной России. Я на сегодняшний день не вижу ни одного по-настоящему сильного центра силы в профессиональном сообществе. Без единого центра продвигать наши идеи будет крайне сложно. Создание межведомственной комиссии может в корне изменить ситуацию», – уверен спикер.

Тем не менее, без серьезных изменений ожидать реального прорыва не стоит. По мнению эксперта, пора переходить от банкротства к антикризисному управлению. Лучше предупредить банкротство, чем реализовывать последнее имущество с торгов с последующим закрытием компании. Однако это возможно только при выработке государственной политики в этом направлении, а также ее реализации.

Приставы станут полноценной силовой структурой, но это не решит проблему загрузки службы

Кроме того, Ивaн Рыков отметил еще одну положительную тенденцию в секторе – превращение ФССП с 1 января 2020 года в полноценную силовую структуру, что означает получение больших полномочий для взыскания. Однако, по мнению Ивана Рыкова, проблема в неэффективности ФССП была не в том, что у государственных приставов не хватало полномочий, а в их чрезвычайной загруженности. На каждого пристава приходится более 3,5 тысяч исполнительных листов, поэтому придание им нового статуса эту проблему не решит.

«Проблема дебиторской задолженности превращается в потерю ликвидности на уровне каждой корпорации и каждой компании, что в свою очередь может привести в 2020 году к массовым банкротствам и ликвидациям. А так как взыскать средства через банкротство не получается, то мы будем наблюдать цепную реакцию, где одно банкротство порождает другое», – резюмировал Ивaн Рыков и предположил, что если эти проблемы не решить, то в 2020 году страну вполне может охватить долговой кризис.

В 2020 государство будет сфокусировано на социальном банкротстве, регулировании профсообществом и внедрении законотворческих инициатив

Дмитрий Гладышев, член Комиссии Росреестра по сдаче единой программы подготовки арбитражных управляющих, акцентировал внимание на том, что мы наблюдаем кризис в регулировании института банкротства в 2 направлениях:

Первое. Регулирование профсообществом. За 15 лет саморегулирование себя не оправдало, и лишение Российского союза антикризисного управления статуса национального СРО 18 ноября 2019 года показало то, что даже сами СРО не могут объединиться для решения общих интересов.

«Вполне вероятно государство скоро перейдет к регулированию профессионального сообщества. Будет создан, может быть, какой-то аналог государственного СРО, как альтернатива тем независимым СРО, которые сейчас существуют», — заметил Дмитрий Гладышев.

Второе. Законотворческие инициативы, которые сыплются как из рога изобилия в ГД, но так и остаются там годами.

Сейчас законы предусматривают в основном ликвидационные процедуры для организаций и списание задолженности для физических лиц. В 2020 году упор будет сделан, скорее всего, на реабилитационные процедуры. На втором чтении находится законопроект, который предполагает ввод таких процедур и реструктуризации долгов для юридических лиц.

«Сейчас уйти в банкротство можно при задолженности свыше 500 тыс. руб. Остается большое число заемщиков с долгами до 500 тыс. руб. Это создает проблемы и для самих заемщиков, и для банков, которым необходимо создавать резервы в ЦБ. По моим прогнозам, планируется все-таки решить проблему с социальным банкротством, вопрос только за чей счет», — отмечает эксперт.

По мнению Дмитрия Гладышева, также планируется усиление роли ФНС России в делах о банкротстве. В сентябре приняты поправки в НК РФ, позволяющие налоговым органам получать статус залоговых кредиторов в силу закона. Вероятнее всего, в 2020 году этот статус будет закреплен и в Законе о банкротстве, что усилит позиции государства в делах о банкротстве, но одновременно будет нарушать права иных кредиторов, так как фактически все имущество должников станет залогом в пользу уполномоченного органа, а незалоговые кредиторы фактически ничего не получат с процедуры банкротства.

Эксперт также отметил, что может усилиться роль государства в контроле за торгами. Возможно, будет сокращено количество электронных торговых площадок до минимума, останутся только крупные, которые работают еще и по 44-ФЗ. При этом, с одной стороны, сужение конкуренции может привести к повышению цен. С другой, уже сейчас государственные площадки дают цены намного ниже, чем независимые площадки, что, собственно, позволяет арбитражным управляющим экономить конкурсную массу при размещении лотов на торгах.

Дмитрий Гладышев также предположил, что в 2020 году могут составить единый информационный ресурс по размещению сведений о банкротстве для экономии расходов арбитражных управляющих. Возможно, он будет совмещен с порталом Госуслуг. Это было бы вполне логично, так как доступ к порталу есть практически у любого гражданина РФ.

Иными словами, сейчас идет работа по унификации и совершенствованию Закона о банкротстве. И действительно, уже давно назрела потребность, если не в новой редакции закона в принципе, то по крайней мере в серьезном его системном изменении. Ввод части таких изменений и ожидают эксперты уже в следующем году.

Комментировали:
Михаил Бугера
Депутат Государственной Думы
Иван Рыков
Президент Ассоциации специалистов по работе с проблемными активами
Анатолий Выборный
Депутат Государственной Думы

Что касается сроков проведения процедур банкротства, то необходимо учитывать, что каждая процедура индивидуальна. И цифры статистики не могут в полной мере нести достоверную информацию.
Существует множество причин, вполне объективных, которые делают срок проведения конкурсного производства довольно значительным.
Например одна из них.
Ранее, до 2016 года большинство кредиторов жаловалось в Партнерства арбитражных управляющих на то, что длительное время управляющий не может провести инвентаризацию, что слишком затягивает процедуру конкурсного производства.
Но как быстро провести инвентаризацию  управляющему, если, на примере одной лизинговой компании, активы (т.е. переданное в лизинг имущество, стоимость которого не выплачена) находятся в нескольких регионах России.
И для их инвентаризации управляющему необходимо посетить все эти регионы для начала – это первое, второе – не все производственные площадки, на которых находятся активы, готовы предоставить данные активы для инвентаризации. Управляющему приходится решать сначала проблемы с допуском его к данным активам, а уж потом проводить инвентаризацию. Но и это еще не все, предприятия – собственники производственных площадок, могут выдать активы лизингополучателя за свои, сменив инвентарные номера. То есть, марки и модели производственных линий и оборудования соответствуют расшифровке по 01 счету «Основные средства», а инвентарные номера не совпадают. И начинается сложный и длительный процесс доказывания в суде того, что данные активы как раз и были переданы в лизинг предприятием – банкротом.
Данный процесс может растянуться на годы и, безусловно, будет свидетельствовать о длительном периоде конкурсного производства.
В 2016 году Федеральным законом от 23.06.2016 N 222-ФЗ  был внесен пункт 2 в статью 129 Закона О банкротстве, согласно которого конкурсный управляющий обязан: принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника.
То есть срок проведения инвентаризации ограничивался тремя месяцами, с даты введения процедуры.
Но законодатель также предусмотрел увеличение данного срока с учетом примера, описанного выше, что представляется логичным.
Поэтому обобщенные цифры статистики о сроках конкурсного производства рисуют целое, но банкротство – это очень сложная процедура и необходимо учитывать многочисленные частные случаи.
Также необходимо отметить, что прекращение работы предприятия – банкрота в процедуре конкурсного производства также относиться к компетенции собрания кредиторов, а не управляющего. Когда кредиторы примут такое решение неизвестно, может через два, может через три или четыре года после введения процедуры, а срок процедуры все идет.
Что касается вопроса о том, что производственные активы предприятия – банкрота нормально не работают, то необходимо напомнить, что при условии нормальной работы активов предприятие вообще не было бы признано банкротом.
Как правило, на предприятиях – банкротах оборудование давно не модернизировалось, нередки случаи, что из запасных частей нескольких станков собирают один, производственные цеха имеют неисправные крыши и прочее. И все это уже было до введения процедуры банкротства на предприятии и до назначения конкурсного управляющего.
Не соглашусь и с тем, что предприятия – банкроты не платят полностью налоги в конкурсном производстве, налоги платятся полностью (возможно измениться объем выручки, так как надо учитывать, что покупатели не очень любят работать с предприятиями – банкротами, ищут новые ниши закупок) и относятся они к текущим платежам, поскольку образовались в конкурсном производстве, то есть после признания предприятия банкротом. Равно как и декларации, управляющий обязан подавать по всем видам налогов предприятия – банкрота, иначе его привлекут к налоговой ответственности.
Не соглашусь с тем, что само имущество ухудшается, потому что за ним не следят и не вкладывают в его развитие, реновацию, ремонт, а любой другой экономический субъект не может нормально его приобрести.
В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона О банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.
Конкурсные кредиторы очень зорко следят за выполнением управляющим данной обязанности, и если он ее не выполнит и здания предприятия придут в ненадлежаший вид, что существенно снизит их стоимость, за счет которого должны быть удовлетворены требования кредиторов, то кредиторы предъявят убытки к управляющему.
Обеспечение охраны предприятия, отопления (чтобы не пришли в неисправность системы отопления) и масса иных мероприятий – все это ложится на плечи управляющего и направлено на обеспечение сохранности имущества должника.
О «вкладах в развитие» напишу отдельно, чуть ниже.
Ну и к вопросу о нормальном приобретении любым другим экономическим субъектом.
Я тоже об этом писал, надо понимать конкретного покупателя, который при оценке сделки по приобретению имущества, должен располагать еще и значительными средствами для налаживания производства (модернизация оборудования, оборотные средства, закупка комплектующих, зарплата и прочие составляющие производственного цикла), а это, как правило, в несколько раз больше, чем стоимость приобретенного имущества.
Соглашусь с тем, что «слишком много обособленных споров с обжалованием, чем злоупотребляют кредиторы. При этом никто не привлекает последних за недобросовестность».
Кредиторы (особенно если это коллекторы, выкупившие долг) подают заявления не основанные на доказательствах, в нарушение статьи 65 АПК РФ, приводят в защиту своей позиции судебные акты Верховного Суда РФ, которые вообще не имеют отношения к данному спору, пытаются возложить бремя доказывания на суд или оппонентов, предпринимают попытки обжалования судебных актов по истечении срока на обжалование (не имея уважительных причин) и прочее, и прочее, и прочее. Конечно, с данными злоупотреблениями процессуальными правами надо бороться, причем на законодательном уровне.
Есть конечно и объективные причины, когда кредиторы в сроки, установленные Законом О банкротстве заявились в реестр и их требования основаны на вступивших в законную силу судебных актах, но должник с их требованиями не согласен (представляет суду конкретные платежные документы, подтверждающие погашение данных требований) и просит суд отложить рассмотрение спора по включению в реестр, чтобы обжаловать судебные акты, которые подтверждают законность требований.  
Категорически не согласен с тезисом: «Программа подготовки арбитражных управляющих устарела. В основном в программе рассматривается ликвидационная процедура, то есть как продавать, как оценивать, как инвентаризировать. Но никто не учит арбитражных управляющих механизму возврата активов в экономику». Подчеркиваю категорически не согласен.
Программа подготовки арбитражных управляющих, если по ней готовиться, а не относиться формально, содержит все необходимое и даже больше.
Конечно законодательство меняется и арбитражному управляющего приходиться постоянно учиться, кроме того Партнерство арбитражных управляющих заботиться о ежегодном прохождении управляющими курсов повышения квалификации, причем бесплатно (направляются методические материалы, обзоры судебной практики, организуются видеолекции, привлекается преподавательский состав ряда ВУЗов и так далее) Конечно, каждому управляющему также не стоит к этому относиться формально, незнание может привести к убыткам, которые кредиторы будут взыскивать с него же. Не знаю, как в других Партнерствах, но в том, в котором состою я – отношения теплые, всегда можно посоветоваться, коллеги никогда не отказывали (я имею ввиду центральный аппарат)
Вопрос то не в программе обучения, а в действующем законодательстве.
Статья 129 Закона О банкротстве не содержит такого положения как обязанности конкурсного управляющего зарабатывать в процедуре конкурсного производства. Зарабатывать для увеличения конкурсной массы, разумеется.
Тема затронула за живое, поэтому не исключаю излишнюю эмоциональность при дальнейшем изложении.  
Итак, приведу конкретный пример.
Шло банкротство предприятия на балансе которого находились два торговых центра, расположенных в центре города.
Конкурсный кредитор подал заявление в суд о признании действий управляющего незаконными, по мнению данного кредитора в процедуре конкурсного производства необходимо было сдавать площади в аренду по рыночным ценам.
Данный конкурсный кредитор к заявлению приложил отчет оценщика, согласно которого за три года конкурсного производства выручка от сдачи площадей двух торговых центов в аренду должна составить сумму в несколько сотен миллионов.
Как был сделан расчет. Во – первых: оценщиком использовалась все 100 процентов площади торговых центров. Это в корне не правильно, никогда, даже при обычных условиях, торговые площади не заполняются на 100 процентов, никогда. Если удалось привлечь арендаторов хотя бы на 75 – 85 процентов торговых площадей, то это говорит о хорошей заполняемости.
Во – вторых: Расчет арендных ставок по рыночным ценам не может быть применен к торговым площадям предприятия – банкрота. Надо просто понимать специфику данной деятельности и психологию арендаторов. Арендаторы понимают, что предприятие является банкротом, поэтому возможно здание продадут в ближайшее время, и придет другой собственник, который не захочет с ними продлевать договор аренды (а они вложились в рекламу, добились того, чтобы покупатели целенаправленно шли к ним в данном торговом центре). И многие арендаторы узнав, что предприятие объявлено банкротом, сами вышли с инициативой о завершении арендных отношений. Их можно было сохранить при условии снижения цены.
Конкурсный кредитор настаивал на проведении судебной экспертизы по данному вопросу, чтобы получить серьезное доказательство с целью укрепления своей правовой позиции.
Но при этом, действующее законодательство о банкротстве не содержит такого положения, как обязанность конкурсного управляющего заработать денежные средства для увеличения конкурсной массы.
Обязанностью конкурсного управляющего является сохранение имущества должника, а именно:
– обеспечить охрану, чтобы не проникали злоумышленники с целью причинения вреда имуществу,
- обеспечить оплату  платежей энергосберегающим компаниям, чтобы не заморозилась система отопления
На эти цели как раз хватало денежных средств, полученных от арендаторов.
Конкурный кредитор был не согласен и наставил на том, что необходимо было заработать денежные средства в соответствии с расчетом, который он представил.
Ему было предложено предоставить списки арендаторов, которые были готовы заключить договора аренды на условиях цен из его отчета, а также представить доказательства того, что конкурсный управляющий отказал, предложенным им арендаторам, в заключении договоров.
Конечно, никаких  таких арендаторов у конкурсного кредитора не было и быть не могло.
Следующий довод конкурсного кредитора состоял в том, что конкурсный управляющий не обеспечил должную рекламу для привлечения арендаторов.
Немного поясню по содержанию рекламы для того, чтобы торговый центр стал нормально функционировать:
- реклама на радио,
- бегущая строка на телевидении,
- реклама на баннерах при въезде в город (баннер должен быть не один),
- реклама на транспорте,
- проведение акций по всевозможным конкурсам, привлечение артистов и прочее
Это минимум миллион рублей в месяц. Если говорить в привязке к результату.
То есть это далеко не 1,5 тыс. рублей за объявление рекламного характера  в газете.  
Кредитор не пояснил, из каких средств управляющему оплачивать данную рекламу. Из конкурсной массы? Так ее едва хватает на текущие платежи – оплата коммунальных платежей, охраны. А другие кредиторы и он, в том числе, обвинили бы управляющего в нецелевом использовании денежных средств на рекламу из конкурсной массы и взыскали бы с управляющего в данной сумме убытки.
На собраниях кредиторов, читая отчет конкурсного управляющего, все кредиторы придирчиво уточняют затраты на процедуру по каждой копейке (копейке!)
При этом никто из кредиторов не предложил оплатить услуги рекламы по привлечению арендаторов.
Подводя краткий итог «о возврате активов в экономику» хочется отметить, что развитие любого бизнеса требует вложений, а их нет для предприятий - банкротов, а если отсутствует вливание капитала, то о каком развитии и  «возврате активов в экономику» может идти речь? Но все понимают, что бизнес требует инвестиций, а предприятие  - банкрот, почему то должно обойтись без них.
Возможно всех бы устроило, чтобы инвестором предприятия – банкрота стал  конкурсный управляющий, который в ряде случаев даже вознаграждение свое не получает, но несколько десятков миллионно должен где - то найти.  Очень удобная позиция для всех, кроме управляющего.
Конкурсный управляющий и так во всем виноват, и в том, что руководство должника не смогла возвратить кредиты, выводило активы, не платило налоги, и в том, что банки выдали данные кредиты, не проверив должным образом даже залог, который по документам был взят с учетом дисконта и должен был покрыть всю сумму кредита, а по факту залог оказался почему - то гораздо меньше суммы кредита. И снова проблема управляющего – срочно беги в органы и подавай заявление о мошенничестве, иначе, как обычно, действовал не добросовестно.
Не могу согласиться с высказываем:  «важно решить вопрос о добросовестности лиц, участвующих в процедурах банкротства. Речь идет ….. и об арбитражных управляющих, которые выступают представителями всех заинтересованных лиц и очень часто реализуют какие-то собственные интересы».
Арбитражный управляющий находится между несколькими огнями одновременно. Между должником и кредиторами, первый не имеет возможности расплатиться, а вторые требуют не только, чтобы с ними расплатились, а расплатились чуть – ли не в полном объеме. А также между кредиторами, каждый из которых считает возможным получить больше другого кредитора или столько же, при чем его не интересует, что размер требований у него в три раза меньше.  
    В силу своей профессии арбитражный управляющий вынужден как – то находить компромисс между данными «огнями». Подчеркиваю вынужден.  
    Печален прогноз Дмитрия Гладышева: «Вполне вероятно государство скоро перейдет к регулированию профессионального сообщества. Будет создан, может быть, какой-то аналог государственного СРО, как альтернатива тем независимым СРО, которые сейчас существуют».
    Только весной 2019 года был отстранен Росреестр от надзора за управляющими, политика которого ознаменовалась жесткими репрессиями, и функции контроля перешли к СРО, значит в недалеком будущем чиновники, которые в глаза не видели ни предприятия, ни его проблем и прочее, опять будут диктовать жесткую политику из кабинета. Я думаю, этим ознаменуется закат профессии антикризисного управляющего.

    В заключении хочется отметить, что предвижу вопросы читателей моего комментария, о том, что я со многим не согласен в комментируемой статье. Занять роль стороннего наблюдателя и выражать сомнения гораздо проще, чем сделать самому конкретные предложения. Так какие же предложения? как выйти из ситуации?
    На мой взгляд, выход достаточно очевиден и лежит на поверхности. Как писал Марк Аврелий : «Главный принцип – это простота». Но данный выход никто не хочет видеть.
    Если общество, государство и кредиторы хотят видеть в арбитражной управляющем лицо, которое должно восстановить платежеспособность в конкурсном производстве, полностью рассчитаться  с кредиторами, и чтобы предприятие не было ликвидировано по итогам процедуры, а продолжило работу, то на законодательном уровне  необходимо закрепить финансирование из бюджета деятельности управляющего для модернизации оборудования, рекламы продукции, закупки большего объема оборотных средств, обновления автопарка предприятия.
    Финансируются же Центральным банком России процедуры финансового оздоровления банков, планируют финансировать и негосударственные пенсионные фонды через ЦБ РФ, которые отвечают признакам несостоятельности, а почему - то для предприятий – банкротов таких мероприятий нет.
    И конкурсный управляющий, не имея никаких средств, должен наладить производство, не имея никаких средств, должен обеспечить на предприятии – банкроте новые станки (а это даже не миллионы, а десятки миллионов рублей), не имея рекламного бюджета должен сделать продукцию привлекательной и найти выход на новые рынки сбыта, не имея  транспортных средств (хотя бы в исправном состоянии, а не новых) должен обеспечить поставку продукции покупателям.
При этом для всех очевидно, что без инвестиций в производство оно никогда не заработает. И чудес только от того, что предприятие  является банкротом и, следовательно, инвестиции не нужны, не будет.
Компетенции  у управляющего хватит, даже с учетом «устаревшей Программы подготовки арбитражных управляющих», вы просто поверьте, а поймете потом.

Арбитражный управляющий Арсений Королев    

29 декабря 2019
Арсений Королев
Арбитражный управляющий
Нравится 621
Ха-ха 238
Удивительно 214
Грустно 143
Возмутительно 166
Не нравится 47




Ненавязчивая и удобная отправка главных новостей пару раз в недельку

Добавьте "ДОЛГ.РФ" в предпочтительные источники в Яндекс.Новостях, чтобы Вы могли первыми узнать о главных новостях банкротства, долгов, финансового сектора и судебной практики.

Поделиться новостью:
Читайте также